May 25th, 2016

huma, huma...

Разговоры

Разговоры - запросто.

Автобусная остановка. Полдень, вокруг почти безлюдно. Слегка запыхавшись, подходит мальчик лет 20, на удивление полный. Охотно сообщив как и зачем он занимается физкультурой, юноша вполне неожиданно повествует.

Сижу недели две назад дома, никого не трогаю. Вдруг слышу, как будто скребся кто-то у входной двери. Выглядываю - а там черный такой негр с отверткой войти пытается.
Я как заору: "А ну, дуй отсюда черная рожа, щас полицию вызову!". Его как волной смыло. Мы не расисты, конечно, но иначе с ними нельзя.

Тут подкатил мой автобус.

P.S.
Пару дней назад, молоденький и на удивление худенький техник из телефонной компании, сообщил.
По работе вынужден звонить в свою контору, очень часто отвечают южноамериканские дамы. Есть впечатление, что они ВООБЩЕ ничего не знают и футболят с телефона на телефон. В последнее время, по совету друзей, я начинаю говорить по-каталански, и меня переправляют к белым людям которые понимают, что я имею в виду. "Ну. мы, конечно. не расисты. Но работу ведь надо делать, а не в конторе отсиживать."
huma, huma...

Легкость бытия

((Есть ощущение, что сейчас это исчезло. Так и хочется списать на молодость, но бабушка рассказывала почти перед смертью.
И напоминает рреволюционеров каких-то, "Народная Воля". А может и сейчас такие есть.))

"Вообще, на самом деле, вот сейчас нужно сказать важную вещь, я все Я да Я, Наташа да Наташа, да, на самом деле моя история — это история меня среди моих друзей. Причем у меня всегда было несколько разных компаний, я людей сводила, эти компании пересекались, сливались. И рассказать вот, когда, с кем и как я познакомилась, как эти круги появлялись. У меня есть текст, который я писала к 65-летию Гарика Суперфина, вот я его, может быть, найду и пришлю.

Это вот очень важно: я никогда не одна, я всегда среди друзей. Известно, что я всегда всех со всеми знакомила. Сначала москвичей с москвичами, потом москвичей с ленинградцами, потом я знакомила даже ленинградцев с ленинградцами, приезжала и знакомила, и так далее. Вот это была одна из моих, можно назвать, функций. Это была не функция, а просто так я устроена. Мне хочется всех со всеми познакомить, чтобы все со всеми дружили."

"Вообще я всегда говорила: «За что мне такие хорошие дети? За мамины мучения». Вот мама со мной намучилась, а мне за ее мучения достались хорошие дети. Вот она намучилась с действительно гнусной невесткой, которая, прошу прощения, на следующий день после демонстрации позвонила мне и начала говорить: «Мало того, что ты блядь...» На чем я повесила трубку. Что дальше она хотела сказать, я так никогда и не узнала. Зато врачам из института Сербского она чего только про меня не наговорила..."

http://os.colta.ru/literature/events/details/32573/page7/
huma, huma...

Поверх

Поверх барьеров?

Антисоветское движение шестидесятников, конечно, идейно связано с общими процессами Европы и США. У нас протестовали против вторжения в Чехословакию, в Штатах - против войны во Вьетнаме. В Париже молодежном сооружали баррикады, Париж официальный продолжал защищать свои колонии (демократически оставив заминированные местности в Алжире).
Но Запад, как всегда, оказался более поворотливым, чем неуклюжий Кремль.
Критика государственной системы стала кормить своих адептов ("Я не писатель, у меня профессия есть", с одной стороны; "Профессия - профессиональный революционер", с другой).

"В общем, мы пробыли почти месяц в Вене, пока нам оформляли какие-то документы во Францию. Мы уезжали — не знали, куда мы поедем. Но я получила от Максимова, то есть не от него, а от какого-то фонда, но он устроил мне это, приглашение в Париж. И мы туда поехали, по дороге на неделю задержались на радио «Свобода», была такая идея, не взять ли меня в штат радио «Свобода», слава Богу, не взяли. Слава Богу, не взяли, потому что это была действительно банка с пауками."