The Man Who Had
The Man Who Had His Hair Cut Short
((Впечатлила затянутая сцена стрижки. И вскрытия.
Если бы был показан труп, то ужастик был бы обеспечен.))
..................
"Учитель Говерт Миревельд лениво встречает бельгийские лысеющие будни
с завышенной талией середины 60-х: супруга всегда вовремя принесет отутюженный костюм, а дочь проведет отведенные семейному общению минуты, чинно чаевничая с папой и посасывая рафинад. Однако под тщательно обстриженной черепной коробкой скрывается самая стохастически рядовая одержимость для мужчины – девушка помоложе. Выпускной разлучает Говерта с объектом страсти, ведь чудеса платонической телепатии в исполнении героя не возымели успеха и не заставили первую красавицу школы Фран обратить внимание на неловкого человечка средней руки. В стремлении сменить обстановку Говерт жонглирует местами работы, пока судьба не заносит его, уже порядком потрепанного, куда-то на север страны в неожиданном качестве – ассистента на аутопсии. Череда неотвратимых случайностей заставляет его остаться в городке, где он вновь встречает роковую, отсофистикейченную ныне любовь, а дальнейшее развитие событий позволит, помимо упоминания всуе Польти и безумия, понять, из какой пены вышел Юрьев день в России-2008.
«Человек, который коротко стригся» предстает единством трех центричностей: сюжетной, визуальной и музыкальной. Так, череда скучных дней героя облекается в форму подчеркнуто механистического монтажа, скрупулезно фиксирующего рутину примитивных действий крупными планами. Отупляющий семейный быт выражается в обсессивно-компульсивном выравнивании домашних безделушек по ранжиру, фокусировании на подгнивающих бананах и регулярной, чересчур тщательной стрижке. Смена неспешного хода съемок произойдет вообще лишь единожды, во время узловой сцены в гостинице, точке, в которой надежды героя тангируются в крутое пике, иллюстрируя немой вопль отчаянного непонимания Говерта, не верящего своим ушам и франовому рту. Камера движется на всем протяжении признания Фран из стороны в сторону, как гипнотический маятник, заставляя зрителя наравне с Миревельдом остервенело отрицать гипотетическую возможность сказанного героиней и погружаться в лунатический транс вслед за несчастным безумцем. Негативная диалектика ключевого эпизода строится на двух рассогласованных монологах, но никак не на диалоге, подчеркивая тем самым отчуждение между героями, а не близость, духовную или физическую, так желаемую Говертом. Отчуждение же происходит из самоотчуждения, неприятия себя в этой истории как мужчиной, так и женщиной, которое, если верить Адорно того же 1966 года, извечно.
.................
Превращение иллюзий героя в грязные лохмотья определяет особистий подход Дельво к сюрреализму. В «Человеке…» не сталкиваются сон и явь, а герой не страдает от неумения вырваться из ночных кошмаров. Здесь сюрреализм превращается в субъективизм, где мир Миревельда существует отдельно от объективной реальности. Для героя именно сознание определяет бытие, отчего повествование по большей части ведется в форме внутреннего монолога, а конфликт начинается со вторжения действительности в эскапическую модель, а не наоборот. Магический реализм, искусство ради искусства, стык двух культур – многое можно сказать о творчестве бельгийца. Все потому, что Андре Дельво - из тех режиссеров, которые уже своей дебютной работой делают мощное, во весь постановочный голос, заявление о наличии вполне сформировавшегося творческого метода. Выпуская первую полнометражную картину в 40 лет, выходя из среды тех самых синематиков, долгое время занимаясь ведением киноклуба короткометражек, Дельво в принципе и не оставлял картине никакой другой возможности, кроме как вдумчивого личного высказывания о Личности, о преследующих человека искушениях и тонкой, практически невидимой грани между наивной жизнью и бесстыдной смертью, холодным рассудком и горячкой сумасшествия, целомудренной невинностью и продажным влагалищем.
..................
The Man Who Had His Hair Cut Short (Dutch: De man die zijn haar kort liet knippen) is a 1966 Belgian drama film directed by André Delvaux, starring Senne Rouffaer and Beata Tyszkiewicz. It tells the story of a schoolteacher who falls in love with one of his students, and moves away in order to escape his infatuation. The film is based on the 1947 novel with the same title by Johan Daisne.[1]
((Впечатлила затянутая сцена стрижки. И вскрытия.
Если бы был показан труп, то ужастик был бы обеспечен.))
..................
"Учитель Говерт Миревельд лениво встречает бельгийские лысеющие будни
с завышенной талией середины 60-х: супруга всегда вовремя принесет отутюженный костюм, а дочь проведет отведенные семейному общению минуты, чинно чаевничая с папой и посасывая рафинад. Однако под тщательно обстриженной черепной коробкой скрывается самая стохастически рядовая одержимость для мужчины – девушка помоложе. Выпускной разлучает Говерта с объектом страсти, ведь чудеса платонической телепатии в исполнении героя не возымели успеха и не заставили первую красавицу школы Фран обратить внимание на неловкого человечка средней руки. В стремлении сменить обстановку Говерт жонглирует местами работы, пока судьба не заносит его, уже порядком потрепанного, куда-то на север страны в неожиданном качестве – ассистента на аутопсии. Череда неотвратимых случайностей заставляет его остаться в городке, где он вновь встречает роковую, отсофистикейченную ныне любовь, а дальнейшее развитие событий позволит, помимо упоминания всуе Польти и безумия, понять, из какой пены вышел Юрьев день в России-2008.
«Человек, который коротко стригся» предстает единством трех центричностей: сюжетной, визуальной и музыкальной. Так, череда скучных дней героя облекается в форму подчеркнуто механистического монтажа, скрупулезно фиксирующего рутину примитивных действий крупными планами. Отупляющий семейный быт выражается в обсессивно-компульсивном выравнивании домашних безделушек по ранжиру, фокусировании на подгнивающих бананах и регулярной, чересчур тщательной стрижке. Смена неспешного хода съемок произойдет вообще лишь единожды, во время узловой сцены в гостинице, точке, в которой надежды героя тангируются в крутое пике, иллюстрируя немой вопль отчаянного непонимания Говерта, не верящего своим ушам и франовому рту. Камера движется на всем протяжении признания Фран из стороны в сторону, как гипнотический маятник, заставляя зрителя наравне с Миревельдом остервенело отрицать гипотетическую возможность сказанного героиней и погружаться в лунатический транс вслед за несчастным безумцем. Негативная диалектика ключевого эпизода строится на двух рассогласованных монологах, но никак не на диалоге, подчеркивая тем самым отчуждение между героями, а не близость, духовную или физическую, так желаемую Говертом. Отчуждение же происходит из самоотчуждения, неприятия себя в этой истории как мужчиной, так и женщиной, которое, если верить Адорно того же 1966 года, извечно.
.................
Превращение иллюзий героя в грязные лохмотья определяет особистий подход Дельво к сюрреализму. В «Человеке…» не сталкиваются сон и явь, а герой не страдает от неумения вырваться из ночных кошмаров. Здесь сюрреализм превращается в субъективизм, где мир Миревельда существует отдельно от объективной реальности. Для героя именно сознание определяет бытие, отчего повествование по большей части ведется в форме внутреннего монолога, а конфликт начинается со вторжения действительности в эскапическую модель, а не наоборот. Магический реализм, искусство ради искусства, стык двух культур – многое можно сказать о творчестве бельгийца. Все потому, что Андре Дельво - из тех режиссеров, которые уже своей дебютной работой делают мощное, во весь постановочный голос, заявление о наличии вполне сформировавшегося творческого метода. Выпуская первую полнометражную картину в 40 лет, выходя из среды тех самых синематиков, долгое время занимаясь ведением киноклуба короткометражек, Дельво в принципе и не оставлял картине никакой другой возможности, кроме как вдумчивого личного высказывания о Личности, о преследующих человека искушениях и тонкой, практически невидимой грани между наивной жизнью и бесстыдной смертью, холодным рассудком и горячкой сумасшествия, целомудренной невинностью и продажным влагалищем.
..................
The Man Who Had His Hair Cut Short (Dutch: De man die zijn haar kort liet knippen) is a 1966 Belgian drama film directed by André Delvaux, starring Senne Rouffaer and Beata Tyszkiewicz. It tells the story of a schoolteacher who falls in love with one of his students, and moves away in order to escape his infatuation. The film is based on the 1947 novel with the same title by Johan Daisne.[1]